Разгром Франции

Разгром ФранцииПосле разгрома Франции в 1870—1871 гг. фон Мольтке столкнулся с дилеммой германской геополитической ситуации, в которой всегда сохранялась возможность войны на два фронта — с латинским Западом и славянским Востоком. Его планы на этот случай все равно предполагали равную опору на военную подготовку и дипломатическое вмешательство. Но после его смерти прусское высшее командование вернулось к жоминианскому взгляду на стратегию, разрушив все неформальные связи, созданные фон Мольтке между стратегическим планированием и политическим руководством. Когда Шлиффен стал главой генштаба в 1891 году, главный источник трения в бою — независимую волю противника — принялись вымарывать из планов операций, прокладывая путь скорому возвеличиванию военных игр в решении всех стратегических вопросов.

Схемы Шлиффена снова и снова «обкатывались» в военных играх и в проверках личного состава, пока не закрепились в виде совершенно точного плана, унаследованного его преемниками, а поскольку он почти не оставлял пространства для политического маневра, стратегам, отвечающим за ведение первой мировой войны, волей-неволей пришлось его использовать. Когда старший фон Мольтке столкнулся с колебаниями политического руководства во время войны с Австрией, он «поддержал Бисмарка, принудившего кайзера к быстрым действиям, однако он не желал предрешать политические вопросы военными мерами, в противоположность своему племяннику, который, будучи главой генштаба, соблаговолил в августе 1914 года проинформировать Вильгельма II о том, что генштаб лишил правительство свободы действий». Это следствие пороков жоминианского склада ума, отдающего предпочтение военным играм. По его влиянием стратегическая машинерия не только отделилась от своего «устройства наведения», чего несложно добиться, когда нет формального механизма согласования военного планирования и внешней политики, но и стало невозможно планировать тот конфликт, который в скором времени должен был стать логистической войной, в которой победу одерживает нация, наиболее способная к полной мобилизации своих промышленных сил.

Именно в такой среде получили развитие военные игры моторной эпохи. Развитие военных игр как ответвления военной технологии было тесно связано с прогрессом в картографии и с научным изучением уроков военной истории. У военной игры два основных компонента — ее аппаратная основа, состоящая из модели определенного участка территории или попросту карты, и ее программное обеспечение, состоящее из относительно устойчивых правил, в которых требуется зафиксировать сущность «законов военного дела». Когда в 1824 году военные игры были впервые введены в прусской армии, правила были довольно жесткими, а эффекты трения и случайности представлялись за счет бросания игральной кости. Это и была первая Kriegspiel. Когда же профессиональные тактики стали играть роль посредников, применяющих эти правила, жесткость последних стала очевидной, а потому вокруг фигуры посредника стала развиваться более свободная форма игры. Эта фигура стала представлять не только законы боя, но и эффекты трения, будь то естественные катастрофы вроде урагана или же искажение данных, собранных разведывательными службами.

Похожие записи

  • 19.03.2015 Требования производительности Разрываясь между требованиями производительности и стремлением сохранить контроль, военные начали исследования интерактивности, используя в качестве экспериментальных центров гражданские […]
  • 08.03.2015 Космическая разведка Аппарат построения изображений, применяемый в авиационной и космической разведке, вступил в новую эру, когда изображения перестали быть простыми копиями объектов, а стали трактоваться в […]
Интересные записи

Copyright © 2014. All Rights Reserved.