История военных игр

История военных игрВ истории военных игр есть несколько тем, которые важны для понимания вопросов стратегии. Одна из них — отношение между конфликтом и кооперацией, между вооруженными столкновениями и дипломатическими переговорами. Другая указывает на роль трения в бою, то есть любого события или обстоятельства, которое может помешать выполнению военного плана. Тот самый склад ума, который заставляет видеть в войне чисто армейский вопрос, сбрасывая, таким образом, со счета политическое руководство и превознося конфликт над кооперацией, обычно стремится пренебречь в военных моделях и трением. Битвы сводятся к их исчислимым элементам: поражающей способности вооружений, скорости продвижения войск, относительной силе оборонной позиции. То, что не поддается исчислению, обычно остается вне поля зрения. При таком складе ума война мыслится как нечто, управляемое вечными законами, которые могут открыться лишь великому военачальнику.

Современные военные игры возникли в 19 веке в прусской армии. Они были частью того процесса, благодаря которому армии получили новый «институциональный мозг» — генеральный штаб, созданный в качестве ответа на победы Наполеона в 1806 году. Конечно, военные игры существовали намного раньше прусской модели, но они были, как и часовые армии, которые они пытались копировать, попросту усложненными версиями шахмат. Современные же военные игры — как технология, возникшая на стыке картографии и научного исследования истории, — появились вместе с «моторизацией» армий, осуществленной турбулентными социальными движениями во Франции.

Из двух военных теоретиков, которые извлекли стратегический урок из опыта Наполеона, — Клаузевица и Жомини, — первый отстаивал политический взгляд на битву, тогда как второй подходил к войне как чисто армейскому вопросу, считая ее некоей платоновской сущностью, управляемой вечными законами. Хотя взгляды Клаузевица оказали определенное воздействие на армии его времен, влияние Жомини победило, что в долгосрочной перспективе привело к катастрофическим последствиям для немецкой армии.

Жомини исключил из своей теоретической модели войны все эффекты турбулентности. Например, трения между политическим и военным руководством рассматривались в качестве признака человеческой слабости. Он признавал значение боевого духа в войсках, но не учитывал его в своей модели:

Чтобы уменьшить число релевантных факторов своего анализа, принял посылку, утверждающую, что военные подразделения одинакового размера в сущности тождественны — одинаково хорошо вооружены, дисциплинированы, обеспечены и мотивированы. Его интересовали лишь различия на верхнем уровне, в способности командующих и в качестве их стратегических решений. Подобно шахматистам или участникам военным игр, командующие играют с армейскими частями, чьи «значения» более или менее известны, являясь не переменными, как предполагал Клаузевиц, а константами уравнения войны.

Похожие записи

  • 17.04.2015 Обработка информации Итак, в этой главе будет изучаться история аппаратного и программного обеспечения, которая привела к рождению машин-хищников. Прослеживая историю «железа» компьютера и его программ, я […]
  • 16.04.2015 Машина Тьюринга В своей исходной форме машина Тьюринга была весьма простым устройством. Она состояла из записывающей/читающей головки и бесконечной бумажной ленты, сохраняющей информацию. Репертуар ее […]
Интересные записи

Copyright © 2014. All Rights Reserved.